Объясачить побольше

Что делали русские, если им выпадала удача, мы уже знаем. Они просто старались объясачить побольше народа, собрать побольше ясака, захватить побольше земли. Так они сделали и на этот раз.

Первое восстание в районе Томска отмечено 1605 годом. Русским, возможно, при посредстве князя Тояна стало известно о готовящемся восстании остяков и татар по Оби, Кети, Чулыму и Томи, которое ставило целью уничтожение Томского острога и изгнание русских. Поскольку заговор был раскрыт, русские сумели подавить восстание в зародыше [33, с. 346].

По всей видимости, механизм возникновения недовольства был тот же, что и при восстании в Березовском уезде — самоуправство союзников русских, в данном случае князя Тояна. Очевидно, он решил, что является полновластным хозяином местного населения, и, опираясь на русских, стал грабить и судить по своему произволу. Когда местное население стало готовить восстание, Тоян обратился за помощью к русским.

Впрочем, в следующем же году у недовольных появился сильный союзник — кыргызы, которые стали охотно принимать беглецов из-под русской власти и помогать антирусским восстаниям.

Неспокойно было и в Сибирском ханстве. Хан Али помогал готовить восстание березовских остяков и вогулов против ясака, которое вспыхнуло в 1607 году. В тот год Али привел в Тюменский уезд большой отряд под командованием своих братьев Азыма, Хансюера и Есима, который зимой сбежал с русской службы и снова присоединился к своим братьям. Татары, остяки и вогулы разграбили Тюменский, Тобольский и Березовский уезд, загнав русских за стены острогов [1, с. 136].

Хорошо жилось русским в Сибири в то время. В Московии царили страшный голод и междоусобная война с частой переменой царей, а в Сибири прокатывалось одно восстание за другим и началась война с кыргызами. Русских от полного уничтожения спасло только то, что в степи в это время началась большая междоусобная война между ойратами, Алтын-ханами, казахами и телеутами; в этой войне все участники напрягали все свои силы. Им было не до русских. Потому жалкие остатки русского населения могли отсидеться в острогах, а потом, после разорения, снова отстраивать подгородные деревни. Это было страшное для русских время. В Сибири они были со всех сторон окружены врагами, были крайне малочисленны и не могли надеяться на помощь из Московии. Чтобы не погибнуть, население и служилые изо всех сил держались за свои остроги, которые были их единственным спасением и надеждой.

Но даже в этих условиях русские старались еще как-нибудь расширить сферу своего влияния и объясачить новые волости. Это понятно, потому что они кроме себя могли более или менее рассчитывать только на своих новых подданных и союзников.



Между русскими ясачными волостями на Томи и владениями князя Абака лежала небольшая Кузнецкая волость, как ее называли русские. Это было владение шорцев, живших на реках Кондоме и Мрассу, которые занимались выплавкой железа и выделкой железных изделий. Формально шорцы никому не подчинялись, но от набегов в их земли кыргызов и телеутов откупались данью железными изделиями: котлами, таганами и стрелами. Правил шорцами в то время князь Базаян.

Томский воевода Волынский принял решение эту волость объясачить. Летом 1607 года в Кузнецкую волость отправился отряд томских казаков. Вскоре казаки вернулись в Томск с пустыми руками [33, с. 318].

Неудача в Кузнецкой волости не остановила князя Волынского в попытках расширить ясачные волости. Судя по скупым сведениям, имеющимся в русских документах, князь Волынский предпринял в 1608–1609 годах настоящее наступление на владения кыргызов. В 1608 году его казакам удалось все-таки наложить ясак на несколько татарских родов, живших по Чулыму. Томские служилые добрались по Чулыму и Кемчугу, через горы Восточного Саяна до матов, моторцев, тубинцев, живших на Енисее и бывших в зависимости от кыргызов и Алтын-хана.

В 1608 году томские казаки наложили ясак на несколько татарских волостей Кыргызской и Кузнецкой земли. В тот же год к объясаченным татарам приехали посланники от кыргызского хана, которые предложили им отложиться от русских, угрожая в противном случае войной и разорением. Зимой 1608/1609 года татарский князь Исек поднял мятеж и отказался от выплаты ясака [47, с. 37]. Этот мятеж, судя по всему, русским удалось подавить, а князь Исек, обвиненный в убийстве сургутского казака, бежал к кыргызам.

«Мы мирно ехали, а на нас напали»

Летом 1609 года Волынский предпринял первый военный поход на кыргызов. Он собрал отряд в 300 казаков, который вышел из Томска 25 июня 1609 года. Целью похода, судя по всему, был захват кыргызских земель по Кие и Чулыму и наложение на население этих земель дани. Это военное мероприятие также не попало в анналы сибирской истории, но теперь уже не по вине историков.



Русский отряд быстро добрался до кыргызов и внезапным ночным нападением захватил улусы с имуществом, женщинами и детьми. Кыргызы не оказали никакого сопротивления. Русские казаки разграбили захваченные улусы, захватили пленных, много скота (стадо в несколько тысяч голов), и стали возвращаться в Томск. На обратном пути на отягощенный трофеями и пленными отрад напало кыргызское войско. Казаки были вынуждены бросить все захваченное, и с потерями быстро отступили в Томск, куда вошли 4 июля [33, с. 324].

По всей видимости, этот поход планировался и готовился тобольским воеводой, поскольку в тот момент в подчинении томского воеводы было всего лишь 100 казаков. У него просто не набралось бы людей для создания такого крупного отряда. Скорее всего, казаков для этого похода набирали во всех сибирских городах и отправляли в Томск, где формировался отряд.

Осталось неизвестно, кто командовал этим отрядом, хотя русские документы всегда сохраняли имена и фамилии казацких голов и атаманов, командовавших военными отрядами, отрядами ясатчиков, и возглавлявших посольства. Но в этом случае из-за поражения от кыргызов подробности подготовки и проведения этого похода были скрыты воеводами.

Как сообщает отписка тобольского воеводы Каптырева-Ростовского томскому воеводе Волынскому от 1609 года, во время похода русских на кыргызов торгоуты напали на томских татар и взяли среди них пленных. На обратном пути ойратов на их отряд напал Абак, разгромил его и отобрал захваченных. Эта отписка датирована 9 июля 1609 года. Тобольский воевода еще не знал, что поход томского отряда закончился поражением. Но, что любопытно, в документе все события названы восстанием кыргызов [33, с. 429], хотя с первого взгляда не ясно, какое отношение ойраты-торгоуты могут иметь к кыргызам.

Эта странная оговорка документа позволяет предполагать, что имел место договор воевод относительно похода на кыргызов. Можно лишь предполагать, но из миллеровских документов выходит, что поход этот был организован воеводами на свой страх и риск, и они заранее уговорились именовать его «подавлением кыргызского восстания», будто бы отложившихся от русского подданства кыргызов. Они могли действовать сами, без указания из Москвы, поскольку в тот момент в Московии шла ожесточенная борьба Василия Шуйского и Лжедмитрия II, поддержанного Болотниковым и Заруцким. В случае удачного исхода похода вряд ли кто бы стал задавать воеводам неудобные вопросы: что это было за восстание, и почему на подавление восстания уже объясаченного населения был брошен такой крупный казачий отряд.

Сообщение тобольского воеводы открывает другие интересные обстоятельства этого похода. На стадии подготовки его был заключен союзный договор с телеутским князем Абаком, бывшим противником Алтын-хана. В феврале 1609 года к нему отправили посольство во главе с казаком И. Коломной, в состав которого входил князь еуштинских татар Тоян. Посольство приглашало Абака на переговоры в Томск. Предложение это было необычное, поскольку по распространенной в XVII веке практике все переговоры велись в ставках князей и ханов русскими посланниками. И все договоры и переходы в подданство тоже заключались с русскими послами. Но здесь посольство настаивало на личном свидании телеутского князя с томским воеводой. Телеутский князь знал об обычае русских захватывать аманатов и опасался ехать в русский город. Князь Тоян поклялся, что такого не будет, и Абак решился. 31 марта 1609 года он приехал в Томск, где и прошли переговоры.

Советские историки полагают, что Абак перешел тогда в русское подданство. Но главным признаком подданства было внесение ясака в казну и выдача аманатов. А.П. Уманский же пишет, что телеуты в течение всего XVII века ясака не платили. Абак вплоть до самой смерти упорно отказывался платить ясак и выдавать аманатов. Из этого Уманский делает вывод, что был заключен равноправный союзный договор [47, с. 12–14]. В том же году в Томске открылся торг для телеутов.

Абак заключил договор на условиях военной помощи русским, что и отразилось в нападении его войска на ойратов, проведших поход в русские ясачные волости на Томи. За неимением сил, отвлеченных на поход в кыргызские улусы, прикрытие русских владений по Томи пришлось поручить Абаку.

Итак, сибирские воеводы задумали большое дело, собрали большой отряд, заключили союзный договор с телеутским князем. Но поход провалился, и воеводы были вынуждены скрывать последствия своего самоуправства. Не был назван по имени командующий отрядом, чтобы его не вызвали на следствие. Сам масштаб событий был явно искажен. В отписках томский воевода писал, что казаки разбили кыргызов и отогнали за Енисей [33, с. 324]. Это было явной ложью, потому что за девять дней, которые продолжался поход, невозможно было до него добраться, поскольку переход до Енисея занимал около десяти дней. И тем более было невозможно добраться назад в Томск.

Воеводы постарались скрыть факт разгрома своего отряда. После своего разбойничьего нападения на кыргызские улусы казаки попали в засаду, и только бегство спасло отряд от уничтожения. Но в отписке это было представлено как недоразумение: мол, ехали казаки назад в Томск, и тут на них напало невесть откуда взявшееся великое множество кыргызов. Потерь было человек 20, судя по отписке.

Что же, стратегия проверенная: лучше быть дураком, чем преступником.

Но положение в Томске сложилось катастрофическое. После разгрома часть казаков разбежалась со службы, а часть воевода отпустил за жалованьем в другие города. Город остался практически без сил для защиты. Тобольский воевода всю вину сложил на малоумие томского воеводы Василия Волынского. В чем-то тобольский воевода князь Иван Каптырев Ростовский был прав. Отобрать шубу у кыргызской ханши у воеводы князя Василия Волынского ума хватило, а вот воевать с кыргызами ему оказалось уже не по плечу.


3491284132881771.html
3491336890032104.html
    PR.RU™